БУС-ДУКА-БЕК - Гран-при международного кинофестиваля Культурное Наследие Мира

БУС-ДУКА-БЕК - Гран-при международного кинофестиваля Культурное Наследие Мира

 

БУС-ДУКА-БЕК - Гран-при международного кинофестиваля «Культурное Наследие Мира присуждается Оргкомитетом и МОФондом

«Пушкинский Парнас».

 

Этокский памятник (Этокская статуя, Статуя Дука-бек, Монумент Буса) — гранитный памятник высотой 2,65 м, покрытый рисунками и резными надписями. Время создания — IV век н. э. Памятник был обнаружен справа от дороги Нальчик-Пятигорск, у нынешнего селения Этоко. В 1881 году монумент был перевезён в Москву в Исторический музей, где и сейчас находится в 12 зале.

Первым памятник был обнаружен и описан немецким путешественником и естествоиспытателем Иоханом Гюльденштедтом. Он путешествовал по Кавказу в 1771—73 годах. В мае-июне 1773 года он увидел и описал памятник на берегу реки Этоко — правого притока Подкумка. Изваяние воина стояло на кургане, рядом вытекал источник, и проходила дорога. Рисунок памятника, вместе с подробным описанием, он опубликовал в своей книге «Reisen durch Russland und im Caucasischen Gebürge».  Гюльденштедт воспроизвёл руническую надпись Этокской статуи и дал подробное описание монумента. Затем рисунок был повторен в книге графа Яна Потоцкого «Путешествие в Астраханские и Кавказские степи» (Т. 1, Париж, 1829).

Канцлер граф Николай Румянцев — основатель знаменитой Румянцевской библиотеки, неоднократно совершал учёные поездки по губерниям России.

Летом 1823 года он ездил с научной экспедицией по окресностям Пятигорска. В своём письме от 23 июня 1823 года митрополиту Евгению Болховитинову Н. Румянцев дал подробное описание памятника: «Монумент состоит из одного гранитного камня вышиною в 8 футов и 8 дюймов. Очень грубо изображает человеческую фигуру с руками до самого пояса, а ниже пояса видна надпись. Она тем более интересна, что начертана на неизвестном языке буквами, составленными частью из греческих, а частью из славянских. После подписи высечены разные грубые фигуры. Одна изображает двух рыцарей. Лицо у статуи похоже не на монгольское, ибо нос длинен, и не на черкесское, будучи слишком кругло. Но что всего любопытнее и что может привести к разным заключениям, то это изображение маленького креста, находящееся на задней части воротника».

БУС-ДУКА-БЕК - Гран-при международного кинофестиваля Культурное Наследие Мира

Просветитель адыгейского народа Шора Бекмурзин Ногмов в 1893 году в своей книге «История адыхейского народа» также даёт описание: «Памятник этот представляет молодого человека в шитой шапочке и в платье, похожем по покрою на нынешний бешмет с продольной строчкой. Застегнут он четырьмя четвероугольными застёжками и подпоясан кожаным узким поясом, прошитым посредине ниже лифа; платье идёт складками. Ноги не сделаны, но нижняя часть представляет столб с греческой надписью на передней стороне и множеством фигур, представляющих людей на охоте за зверями, воинские игры пеших и конных людей и с правой стороны колчан со стрелами, ниже пояса статуи, а с левой — сабля с рукояткой наподобие грузинской и лук в футляре. В этой греческой надписи можно многое разобрать и, между прочим, имя Баксана…» Шора Ногмов пересказал адыгейские легенды о памятнике, а также указал, что в конце надписи, высеченной на постаменте, стоит дата — IV век н. э. Шора Ногмов сообщает об адыгском предании: в IV веке на реке Баксане жил князь Дауо, у которого было восемь сыновей и одна дочь. Старший сын его Баксан был знаменитый нарт своего отечества. Говорят, что он был убит «готфским царём» со всеми своими братьями и восьмидесятью знаменитейшими нартами.  Предание говорит, что сестра убитых Дауовых сыновей перенесла их трупы в Кабарду, похоронила с честью на берегу реки Этоко и воздвигла на могиле каменный памятник. Народ называет этот памятник «Дауко Баксан», то есть «Дуко Бек».

В 1849 году по настоянию члена Одесского общества любителей древностей А. С. Фирковича памятник был привезён в Пятигорск, что спасло изваяние от возможной гибели в последующем: здесь он находился в «музее под открытым небом», что располагался ниже Елизаветинской (ныне Академической) галереи. Памятник оставался собственностью Пятигорска вплоть до 1881 года, когда изваяние было перевезено в Москву, в Государственный Исторический музей, где остаётся до сих пор.

БУС-ДУКА-БЕК - Гран-при международного кинофестиваля Культурное Наследие Мира

Заинтересовавшийся в 1886 году памятником академик В. В. Латышев предложил своё прочтение только начальных строк: «Успокоился раб божий Георгий Грек …130 года 12 марта».  В 1947 году профессор Г. Ф. Турчанинов дешифровал текст Этокской надписи с позиции греческого и адыгского языков. Первая часть написана по гречески и переводится: «Успокоился (умер) раб божий Георгий, грек, …130 года, 12 марта». Но Турчанинов заметил что вместо — грек, надо читать Пек (Бек). Вторую часть надписи Турчанинов транскрибировал на кабардинском языке, с греческими буквами:  «Туко сын Кануко сын — Пек (Бек), имя тебе принадлежащее (что содержится в этой надписи), изготовлено (врезано) Маремуко сыном». Опираясь на достигнутый Г. Ф. Турчаниновым результат А. Кафоев сделал свой вариант прочтения Этокской надписи: «Восемь сыновей Тауо, воспитанник — сын Пак погибли в сражении с утами. Плеяде сыновей восьми мужчинам (или восьми храбрейшим) посвящён (памятник)». Приведенные здесь слова Этокской надписи автор сопоставил со словами предания «Повесть о Баксане, сыне Дауове».

Семен Броневский, автор книги «Новейшие географические и исторические известия о Кавказе» написал в 1823 году: «Между Бештовыми горами на полугоре Тёмир-Кубшаки при ручье Етака стоит каменный поясной истукан вышиною в 8 футов, 8 дюймов, называемый кабардинцами Дука-Бех, с надписью, коея буквы имеют сходство с греческими или славянскими, и с разными изображениями людей и зверей, высеченными на подножии онаго. Надписи никто не мог разобрать и кому воздвигнут сей памятник также неизвестно. По некоторым изображениям множества фигур на статуе догадываются только, что рыцарь Дука-Бех был христианин».

Что это за «множество фигур», можно узнать из книги Г. Ионе и О. Опрышко «Памятники рассказывают»: «На памятнике Дука-Бек ниже подписи спереди изображены три человеческие фигуры. Одна из них держит чашу, другая из сосуда, стоящего рядом, черпает воду, третья стоит на колене с чашей в руке. Под фигурами высечены два всадника, сражающихся на копьях. С обратной стороны пьедестала – фигура человека, стреляющего из лука в оленя; ниже ее – два человека, стреляющих друг в друга из лука. На левой узкой боковой стороне статуи, у пояса, – человек с поднятой саблей в правой руке, в левой он держит на цепи пятиглавого змея. Под ним – человек с палицей на плече. Справа высечены олень и собака».

И сегодня мнение ученых по поводу Этокского памятника неоднозначно, и это дает повод для самых невероятных гипотез. К одной из них авторы этих строк имели отношение, так как готовили к печати книгу: «Адыго-кабардино-черкесы и тайна Этокского памятника». Ее автор А. Ж. Кафоев, который, опираясь на сведения Шоры Ногмова, дерзнул пересмотреть некоторые устоявшиеся взгляды в кавказоведении. Он сделал попытку прочесть надпись на памятнике Дука-Бек по-адыгски, датировав его 375 годом. Тогда происхождение многих терминов, имеющих отношение к происхождению кабардинцев, например: «адыгэ», «нарт», «касог», «алан», «черкес», имеет не этнический характер, а выражает отношения племен. Отсюда же следует, что адыго-кабардино-черкесы с первых веков нашей эры были знакомы античным авторам. Кафоевское прочтение Этокского памятника укореняет адыгов на местах их нынешнего проживания не с XI века, как принято в сегодняшней науке, а с IV. В кавказоведении это означает не только пересмотр традиционной историко-географической карты расселения народов, но и изменение подходов к многочисленным историческим проблемам региона. Дешифровав по-своему этокскую надпись, Кафоев дал понять, что народными песнями и историческими преданиями не следует пренебрегать, а дорожить ими, как древними памятниками народа.

Однако историки не торопятся с публичным обсуждением и рассмотрением всерьез гипотезы Кафоева. Статуя Дука-Бека рано или поздно будет объектом пристального внимания исторической науки: откроются малоизвестные или вовсе неизвестные страницы прошлого, вырастут другие поколения исследователей старины, появятся финансовые средства на археологические раскопки… Хрестоматийный пример: «Илиада» Гомера две тысячи лет считалась литературным памятником, а одержимый мечтатель Генрих Шлиман взял да и отыскал Трою. Легенда стала  исто­рией.

А вот версия о происхождении Этокского памятника пятигорчанина Александра Асова, уверенного в том, что именно на Северном Кавказе вершилась ранняя русская история. Ей целиком посвящена восьмая глава «Сказание о Бусе Белояре» его книги о Древней Руси. Согласно ей, «великий князь Русколани Бус из рода Белояров (295–368 гг. н. э.)», родившийся «в граде Кияр (Сар-град) в Пятигорье», чья власть «распространялась от Алтая, Загроса до Кавказа и Днепра», «укреплял Русь, которая вела войны с гуннами»; воевал он и «с готами-арианцами (древними германцами), предводитель которых «Германарех повел свой народ завоевывать мир». Согласно Асову: «По кавказскому преданию, на родину тело Буса и иных князей привезли восемь пар волов. Жена Буса повелела насыпать над их могилой курган на берегу реки Этоко (приток Подкумка) и воздвигла на кургане памятник, сделанный греческими мастерами («Хотя памятник ниже его, но сходство с ним уязвило мое сердце…» – пела она, согласно легенде). Она же, дабы увековечить память Буса, повелела переименовать реку Альтуд в Баксан (реку Буса).

По преданию (балкарскому и болгарскому, то есть богумильскому), Бус, как и Иисус, затем воскрес и вошел на Фаф-гору (Эльбрус). И отныне он в Ирии, в Небесном царстве  у трона Всевышнего. На земле же памятником Бусу остался монумент. И он стоял на древнем кургане на реке Этоко много лет, пока не забылся древний язык и древняя письменность». Все это написано с многочисленными ссылками на источники IV–VI веков нашей эры – знаменитую «Книгу Велеса», церковника Иоанна Златоуста, готского летописца Иордана, римского поэта Децилл Маги Авзония…

История, так сказать, творится на наших глазах: акценты смещаются, мифические герои определяются в конкретном времени, выдуманные координаты становятся реальными. Уверены: каждая версия имеет право быть. Вероятно, точки в данном вопросе расставят потомки наши, которым – возможно, удастся расшифровать тайну Этокского памятника – ключа в портал культурного наследия Кавказа -  места силы, где – тут нет никакого преувеличения – писались страницы мировой истории…

 

Картина дня

наверх